Если говорить в целом, то дела у нашей «классической» оппозиции совсем плохи – ею уже даже никто никого не пугает. А если и пугает, то делается это, скорее, уже по традиции: то по ТВ покажут сюжет о председателе всем известной политической партии, управлявшим автомобилем без права на это, то еще что. Если отвлечься от возможной «нелюбви» к тем или иным персоналиям, стоящих на антагонистических позициях к сегодняшней белорусской власти и взглянуть на оппозицию «как класс», то будет справедливым спросить: какие же именно «плюшки» приносит государству и обществу существование политической оппозиции?
Первое: наличие оппозиции не дает власти «застаиваться», заставляет ее постоянно развиваться, двигаться вперед.
В первую очередь, это касается западных демократий, где методы изучения феномена власти и антивласти не сводятся к грубой дихотомии «мы – они». В странах со сформировавшейся политической системой власть и оппозиция, время от времени, просто меняются местами. Как правило, в государствах с двухпартийной системой (реже - с многопартийной) победившая на выборах политическая сила (это могут быть и несколько партий, договорившихся между собой) формирует правительство, а проигравшая, еще вчера стоявшая у власти, уходит в оппозицию к действующей. Причем к выборам тотчас начинают готовиться и та, и другая. Шансы поменяться местами на следующих выборах примерно равны, потому что конечное решение принадлежит избирателям.
В странах с рыночной экономикой законы рынка работают и в политике. Продавец, предложивший наилучшее соотношение «цена - качество», продает больше, чем конкуренты. Видя такое положение дел, другие продавцы стремятся сделать свой товар еще лучше и дешевле. Если потребитель не разочаровался в купленном товаре (т.е. партией, за которую он голосовал на последних выборах), а другим продавцам так и не удалось убедить его в преимуществах своего товара перед тем, что был им выбран ранее, он опять приобретает полюбившийся: ведь его качеством он удовлетворен. Если таких покупателей большинство - партия сохраняет власть. И наоборот, если товар за это время слегка «протух» (произошли ухудшения в экономике, социальной сфере и т.д.), а другие продавцы предлагают свежий товар (например, менее болезненные реформы, чем у партии власти), да еще в красивой упаковке («вкусные» избирательные технологии), покупатель может вполне предпочесть второй первому. Маркетинг - он и в политике маркетинг.
Власть постоянно старается для гражданина. Оппозиция старается тоже, часто критикуя власть, предлагает свои рецепты лечения болезней общества, которые будут всегда и при любой власти. Разговоры о том, что оппозиция подобными действиями просто дестабилизирует обстановку в государстве, как правило, беспочвенны. Гражданин страны (он же раз в несколько лет еще и избиратель) от такой конкуренции только выигрывает.
Отсюда второй «плюс» в пользу оппозиции: оппозиция генерирует идеи, полезные для всех.
Многие деятели сегодняшней белорусской оппозиции в разное время занимали довольно высокие посты в исполнительной власти и в выборных органах, у них есть опыт принятия управленческих решений, «знание кухни». В оппозиции аккумулированы значительные умственные ресурсы, что позволяет ей с завидным постоянством выдавать на-гора интеллектуальный продукт весьма неплохого качества. Правда, происходит это не так часто, как хотелось бы - наверное, «борьба» с режимом отнимает слишком много времени и сил.
Тем не менее, даже противники оппозиции признают: предлагаемые власти всякого рода «альтернативные бюджеты» и прочие «чтобы все несправедливое стало справедливым» нередко действительно несут в себе рациональное зерно. Есть только одна проблема - если бы власть прислушивалась к этим советам…
Третье. Наличие политической оппозиции (особенно системной), равно как и наличие альтернативного мнения, положительно сказывается на имидже власти. Критериальным в определении степени демократичности любого политического режима считается наличие мнения, альтернативного доминирующему. Желательно, во всех сферах общественной жизни. В Беларуси после 1996 года такое мнение было вытолкнуто из легального политического процесса. Появление структурной, внутренней оппозиции, да еще прошедшей сито альтернативных выборов, явилось для власти большим плюсом. Помнится, присутствие двух ярых оппозиционеров в Палате представителей второго созыва (несмотря на противодействие им со стороны местной исполнительной власти во время избирательной кампании и активного бойкота выборов-2000 со стороны других демократов) оказалось для официального Минска тем самым долгожданным достижением демократии, которое было уже не зазорно показать цивилизованному миру.
Более того, позже в том же созыве нижней палаты появилась уже целая оппозиционная депутатская группа «Республика». Однако оппозиционерами их можно было назвать с большой натяжкой: подавляющее большинство ее членов избирались при поддержке власти, некоторых чуть ли ни «за руку ввели» в Овальный зал, а «оппозиционировались» они почему-то только под занавес своего депутатского срока.
Нынешний парламент, что называется, «стерилен» и даже два официально оппозиционных депутата (одна – член четко-оппозиционной политической партии, вторая - председатель общественного объединения, защищающего права белорусского языка (т.н. «национально-ориентированная оппозиция») значительного влияния на политический процесс не имеют.
Будет уместным упомянуть кампанию по выборам президента 2010 года, в ходе которой действовавшему главе государства противостояло аж девять (!) альтернативных кандидатов, причем, шесть из них так или иначе были представителями оппозиции.
Вполне возможно, что сценарий с участием в выборах президента как можно большего числа альтернативных кандидатов был специально разработан стратегами «Красного дома», озабоченных поддержанием положительного образа белорусской власти в глазах международного сообщества в год президентских выборов. Ведь в случае победы действующей власти давление на Беларусь со стороны Запада могло усилиться (что и произошло, но уже по причине разгона «площади» в декабре 2010 года), и в начале кампании не было никаких гарантий, что успех не стал бы прелюдией к будущему поражению. Вот почему фавориту выборов как никогда раньше было необходимо создать видимость острой предвыборной борьбы и участие альтернативных кандидатов, да еще представляющих «буйную» часть оппозиции, было очень кстати. Участвуя в тех выборах, оппозиция способствовала их легитимации.
В качестве большого плюса для власти является возможность выражения мнения, альтернативного мнению власти, а такие мнения нередко выражаются негосударственными СМИ. В имиджевом плане положительным фактором для власти является факт их существования, равно как и наличие свободного доступа граждан к этим СМИ.
В середине нулевых годов президент Лукашенко не без гордости говорил о наличии свободы слова в нашей стране, подтверждая сказанное тем, что даже в здании его Администрации можно было без проблем купить некоторые негосударственные газеты. Затем ситуация ухудшилась и большинство этих газет были лишены возможности нормально распространяться: на одни стало невозможно подписаться, другие перестали продавать в киосках. В последние годы ситуация с негосударственными газетами значительно улучшилась: большинство их, если не закрылись в нулевые годы, то вернулась в сети распространения «Белсоюзпечати» и в подписные каталоги «Белпочты».
Выпуск на волю «Народной воли» и некоторых других негосударственных газет позволил белорусской власти отчасти даже прослыть в определенных кругах либералами и демократами широкой натуры. Да и за последнее десятилетие произошла, можно сказать, информационная революция: классические СМИ, главным образом, печатные, отошли на второй план, уступив свое место интернет-СМИ и социальным сетям. На сегодняшний день именно они являются главными каналами трансляции точек зрения, отличающихся от официальных и несут потенциальные угрозы для власти.
Четвертое. Оппозиция в нужный момент может сыграть роль социального громоотвода, помогая обществу хоть немного нивелировать напряженность, выпустить пар.
Любая власть допускает ошибки, и за эти ошибки кому-то приходится отвечать. Хитрому лидеру нации выгодно культивировать утверждение, что ему все под силу, но ему все время кто-то мешает. Так делает и Лукашенко, напропалую находя виноватых, то здесь, то там. В игре «нажми на врага» потенциальные виновники бед белорусского народа перемещаются по кругу. Это может быть злокозненный Запад или наш восточный сосед, не уважающий наши с ним братские отношения, и доморощенный кабинет министров скопом или конкретные его члены по отдельности, представители местной исполнительной власти и оппозиция. Поэтому последней надо быть всегда готовой к получению дежурного «на орехи».
Такое отношение к оппозиции со стороны власти, как минимум, недальновидно. Государственной машине выгодно существование оппозиции не только в качестве иногда виноватых. Недовольные властью есть в любом обществе. А политический выбор мы, белорусы, часто осуществляем посредством протестного голосования – желая проголосовать против кандидата A, мы нередко отдаем свой голос кандидату Б. И вовсе не потому, что Б такой замечательный (ведь иногда мы о нем почти ничего не знаем), но он не является тем самым так нами нелюбимым кандидатом A.
Все познается в сравнении и, разумеется, нужно различать т.н. «вменяемую» оппозицию и политические течения крайнего толка. Это как среди поклонников футбольных клубов - есть просто болельщики, носящие шарфы с атрибутами любимой команды и любящие футбол за его красоту. А есть фанаты-ультрас, которым часто вообще плевать на красоту игры, им бы только подраться с другими болельщиками. Такие маргинальные течения есть и в политике. Ситуация усугубляется, когда они, при определенном стечении обстоятельств, все же добиваются своего участия в выборах. Как известно, все новое, неизведанное, акцентирует внимание на себе. В нашем случае это внимание избирателя - так у крайних политиков и появляются реальные шансы войти во сласть. Для разумной власти расклад ясен: пусть уж лучше избиратели выбирают знакомое зло, то бишь классическую (и в целом предсказуемую) оппозицию, чем политических «ультрас». Концепция «разделяй и властвуй», где оппозиции отдается роль гасителя проявлений всевозможного политического экстремизма, в конечном итоге, может погубить саму власть, поэтому она не должна перекладывать на плечи оппозиции свою работу.
Пятое. Оппозиция – это работодатель, как перманентный, так и ситуационный. Большинство крупных политических структур для обеспечения своей жизнедеятельности содержат постоянный штат сотрудников. Эти люди, как правило, получают за работу вознаграждение, с которого платятся налоги, что есть абсолютно нормально. Сюда же можно отнести и многие изначально неполитические НГО, которые, в силу специфики нашей действительности, в настоящее время находятся в оппозиции к действующей власти.
Во время подготовки и проведения избирательных кампаний работы становится гораздо больше. Это на Западе члены политических партий обычно работают «за идею». Нам до такой роскоши демократии еще нужно дорасти. А пока волонтеров, так или иначе участвующих и избирательных кампаниях, приходиться стимулировать. Тем более что с 2013 года это стало законно: в нашем избирательном законодательстве, пусть и с рядом оговорок, но все же появилась возможность создавать специальные избирательные фонды.
Как видим, пользы от политической оппозиции хоть отбавляй и ее существование необходимо как власти, так и простым гражданам. В том числе, чтобы было кого критиковать.
Александр Телевич