Миграционный кризис – это может быть надолго
В прошлом году главным событием гродненского региона был миграционный кризис. Поток мигрантов начал прибывать еще весной, летом стал масштабной человеческой трагедией – люди тысячами прибывали в аэропорт Минска, приезжали в Гродненскую область и пытались прорваться через польскую и литовскую границу. Европа их принимать отказывалась и активно укрепляла границу, подтягивая туда силовиков и устанавливая ограждения.
Апофеозом миграционного кризиса стала «Битва при Брузгах» 8 ноября, когда тысячи мигрантов, преимущественно иракских курдов, пытались прорваться через белорусско-польскую границу в районе погранперехода Брузги и вступили в столкновения с польскими пограничниками. Тогда отношения между Беларусью и Польшей балансировали на грани военного конфликта. Но обошлось. Мигранты продолжили попытки прорыва границы, но их массовость и интенсивность постепенно пошла на спад и практически сошла на нет к началу 2022 года. В Польше уже успели заявить о завершении миграционного кризиса. Возможно, для Польши он и завершился, но в Беларуси проблемы с мигрантами остаются.
Главная из них – транспортно-логистический центр в Брузгах. Он по-прежнему, уже четвертый месяц остается убежищем для сотен мигрантов. Во вторник 8 февраля начальник УВД Гродненского облисполкома Дмитрий Резенков сообщил на пресс-конференции, что сейчас в ТЛЦ живут 713 человек, из них 284 — мужчины, 154 — женщины и 275 детей. Эти люди, которые продали все на своей родине, и целенаправленно идут вперед, к той части своей семьи, которая находится за рубежом. Их конечная цель — добраться туда, а про дорогу назад они уже не думают. Тем, кому было куда возвращаться, мы помогли, — рассказал Резенков.
В общем, тема перестала быть горячей, о мигрантах вспоминают редко, но более 700 человек продолжают жить в логистическом терминале, переносить непривычно суровую для теплолюбивых курдов и арабов белорусскую зиму и ждать, выживать и даже рожать детей. Минздрав Беларуси сообщил уже о трех родах. В Беларуси начало формироваться второе поколение мигрантов, представители которого смогут претендовать на получение белорусского гражданства.
Назад они не хотят – люди продали на родине все, возвращаться некуда. В декабре часть из них уехала по программе добровольного возвращения и реинтеграции от Международной организации по миграции. Многие из них уже в Ираке смогут получать материальную и другую помощь от МОМ, пока не найдут работу и заново не обустроят жизнь на родине. Оставшиеся – в основном те, у которых часть семьи уже в Европе, остаются в подвешенном состоянии. Они следят за новостями, надеются на изменение позиции европейских политиков, помощь Папы Римского. Но пока на Запад им дороги нет и будет ли – неизвестно. Оставаться в Беларуси тоже желания нет. Уровень жизни в стране невысокий и особенно это касается размера социальных пособий для беженцев, которые не идут ни в какое сравнение немецким «раем для мигрантов».
В 20 километрах от Гродно продолжается масштабная человеческая трагедия. Да, Лукашенко на встрече с мигрантами в ноябре сказал, что насильно никого выселять из лагеря не будут, но и вечно держать сотни человек в неприспособленном для нормальной жизни логистическом центре нельзя.
Если ситуация затянется, то кого-то получится уговорить на возвращения домой по программе МОМ, кому-то удастся прорваться через границу, но нужно быть готовыми к тому, что в Гродно появится курдско-арабская диаспора из нескольких сотен человек. ТЛЦ рано или поздно освободят, расселив по общежитиям и социальным квартирам.
И всю эту массу людей нужно будет как-то встраивать в белорусское общество, трудоустраивать, давать образование их детям, которые зачастую бывают запущенными в педагогическом плане, будучи лишены возможности посещать детский сад на родине.
Дмитрий Дёмин, г. Гродно
